Излечима ли хроническая болезнь украинского здравоохранения?

Контактувати з нами

Оговоримся сразу – речь не о цветах, шампанском или конфетах, с помощью которых еще с советских времен принято выражать благодарность лечащему врачу. А о превращении условно-бесплатной медицины в теневой бизнес, в котором крутятся миллиарды долларов.

Наркодилеры врачам не конкуренты

Коррупция в медицинской отрасли давно уже стала очевидным явлением, которого не отрицает даже руководство страны. Так, заместитель главы администрации президента Ирина Акимова в одном из своих публичных выступлений сообщила буквально следующее: «Бесплатной медицины сегодня нет, но главное - откуда идет финансирование. Из бюджета выделяется 3,5% ВВП на нужды медицины. А еще примерно столько же составляют теневые платежи пациентов».

Номинальный ВВП Украины в 2011 году равнялся 162,85 млрд долларов. То есть, по данным высокопоставленной чиновницы, на «теневые платежи пациентов» приходится около $ 5,7 млрд в год. Да это же настоящий Клондайк, наркодилеры и не мечтают о так ом обороте!

По данным опроса, проведенного близкой к правительству компанией Research & Branding Group, 39,2% украинцев в течение 2011 года оплачивали различные услуги (осмотр, анализы, процедуры и т.п.) при посещении государственных поликлиник. Если уж лояльная к Януковичу фирма незадолго до выборов обнародовала, по сути, убийственные данные о «бесплатном» здравоохранении, можно только представить, какой процент больных платит госврачам на самом деле. За вычетом чиновников, депутатов и прочих «блатных», раскошеливаются все. И не нужно обманываться тем, что в большинстве случаев мзда принимается под видом «благотворительных взносов». Взятка, как ее ни назови, останется взяткой, даже если пациент добровольно отдает свои кровные. Ведь не вылеченная болезнь в любом случае обойдется дороже.

Критиковать медиков опасно для здоровья

Авторы данной статьи располагают десятками примеров коррупции в лечебных учреждениях Днепропетровщины. Но называть конкретные больницы и фамилии врачей мы не будем. Редакторы тоже люди, и ни один из них не рискнет огласить подобную информацию. Не только из опасения нарваться на судебный иск. Как доходчиво пояснил нам главред одного из местных изданий, «все мы ходим под Богом, сегодня я покритикую какого-нибудь хирурга, а завтра попаду к нему на операционный стол».

Даже в бесцензурном Интернете авторы публикаций предпочитают не персонифицировать мздоимцев в белых халатах. Отчасти еще и потому, что громкое разоблачение отдельно взятого эскулапа ничего не даст. Коррупционная зараза распространилась практически на всех представителей государственной медицины – от главврачей столичных клиник до санитарок районных больниц.

Впрочем, в Сети уже почти год гуляет статья с красноречивым заголовком «Откровения врача: почему медики брали, берут и будут брать взятки». Перепечатанная многими сайтами, она позволяет увидеть коррупционный механизм украинского здравоохранения изнутри.

О чем же мы узнаем из «Откровений…»? О том, например, что дипломированному врачу устроиться без взятки на приличное место в столичной больнице практически невозможно. Чтобы получить должность анестезиолога с официальной зарплатой около 2000 грн, нужно заплатить от 5 до 10 тыс. долларов. В областных центрах ситуация та же. Разве что сумма «вступительного взноса» несколько меньше.

Как же «отбивают» потраченные средства новоиспеченные медики? Да хотя бы за счет сотрудничества с представителями фармфирм. При назначении «нужного», то есть более дорогого препарата определенного производителя доктор получает откат от официального дилера – от 5 грн с каждой проданной упаковки или флакона. Вроде бы, мелочь, но за месяц можно заработать несколько тысяч гривен комиссионных.

Хирурги – более высокооплачиваемая категория. За банальное удаление аппендикса пациенту придется заплатить до 300 долларов. Причем вырученные деньги распределяются между членами операционной бригады. Ассистенту оперирующий хирург отстегнет 100-200 грн, врачу второй категории – 200-400 грн.

Самыми «жирными» операциями – плановыми – занимаются представители медицинской элиты, не ниже заведующих отделениями. Лапароскопическая холицэстектомия (удаление желчного пузыря через проколы брюшной стенки), например, стоит около 5 тысяч гривен. (Это только «гонорар» врачу, не считая затрат на медикаменты). За месяц такого «непосильного труда» завотделением может заработать 40-60 тыс. грн. Мог бы и больше, но поток больных ограничен - не у всех есть средства на «бесплатную» медицину.

От себя добавим, что негласные тарифы на медицинские услуги в госбольницах уже вплотную приблизились (а порой и превысили) стоимость аналогичных процедур в частных клиниках. Хотя частники, в отличие от своих государственных коллег, платят налоги в бюджет. В итоге ассистирующий врач второй категории в больнице областного центра имеет 5-8 тысяч неофициальных гривен в месяц. Доходы врача первой категории оцениваются уже в 2 тыс. долларов, высшей – от $ 3000. Не потому ли недавно владелец одной из частных киевских клиник жаловался, что не может найти хирурга-офтальмолога на место с окладом в 3000 евро? Врачи, официально получающие в 10-15 раз меньше, предпочитают отсиживаться в государственных «окопах», где реальный доход примерно тот же, а ответственность намного ниже.

Существует и другая, не столь очевидная статья доходов практикующих госврачей. Пришел, например, на прием к кардиологу городской поликлиники пациент, страдающий стенокардией. Доктор ставит диагноз – сужение коронарной артерии сердца и сразу же предлагает операцию стентирования, стоимость которой составляет 20-25 тыс. грн. Больной не знает, что в цивилизованных странах указанный недуг успешно лечат консервативным методом – ударно-волновой терапией. И полный курс такой процедуры стоит примерно вдвое дешевле операции, а риск осложнений практически отсутствует. Но в системе государственного здравоохранения, которую представляет доктор, прогрессивного оборудования для ударно-волновой терапии нет. Зато есть экономически выгодная технология установки стентов, приносящая стабильный теневой доход.

Страховка от коррупции

Понятно, что ни механическое увеличение государственного финансирования, ни проведение так называемой медицинской реформы, сводящейся к сокращению койко-мест в периферийных больницах, проблему коррупции не решат. Слишком много в государственной медицине выгодополучателей, которые от теневых доходов по доброй воле не откажутся.

Выход из глухого коррупционного тупика видится исключительно во внедрении системы обязательного медицинского страхования. Страхуем же мы с некоторых пор гражданскую ответственность водителей. Поначалу это нововведение многими было встречено в штыки, но к нему быстро привыкли, и сегодня каждый автолюбитель знает – без полиса на дорогу лучше не выезжать. Так неужели царапина на бампере нас волнует больше, чем собственное здоровье?

Можно долго спорить, кто должен оплачивать страховой полис – государство, работодатель или пациент. В Великобритании, например, эту функцию выполняет государство, а люди сами выбирают, к какому врачу обратиться. За право лечить пациента конкурируют между собой как медики, так и клиники различных форм собственности. И никому в голову не придет требовать с больного хотя бы пенс.

Украина вряд ли способна покрыть государственной страховкой все виды заболеваний, но она может хотя бы зафиксировать четкий перечень бесплатных медуслуг и обеспечить стопроцентное их финансирование. Любая попытка содрать с пациента незаконные деньги должна быть приравнена к уголовному преступлению, будь то предложение оплатить стоимость бинта или сделать благотворительный взнос для приобретения… кондиционера. Да-да, одна из днепропетровских ведомственных клиник именно таким способом решила поправить свое материальное положение. При этом сбор денег «на кондиционер» происходил прямо в кабинете врача во время очередного профосмотра.

С другой стороны, государству стоило бы стимулировать работодателей, чтобы те обеспечивали своих сотрудников дополнительным медицинским страхованием. Ведь протолкнули же свое время закон, благодаря которому стало выгодно принимать на работу инвалидов. И проблема трудоустройства данной категории граждан была решена.

Для наполнения государственного фонда медицинского страхования существует немало резервов. Один из них – акцизы на табак и алкоголь. Вполне логично эти деньги целевым образом направлять на нужды здравоохранения. Речь идет о внушительных суммах. Только недавнее повышение акцизов увеличит поступления в бюджет на 3 млрд грн. Но сколько из них достанется медицине?

И опять-таки есть положительный пример привязки целевого налога к конкретной статье бюджетных расходов. Пару лет назад дорожный сбор был включен в стоимость бензина. Тот, кто больше ездит, стал больше платить, что, в общем-то, справедливо. Попутно были упразднены коррупционные техосмотры. Это, кстати, одно из немногих решений действующей власти, почти единогласно поддержанное населением. Поэтому вполне логично финансировать здравоохранение за счет любителей пива, водки и сигарет как представителей «группы риска».

Конечно, выдвинутые предложения дискуссионны. С ними можно не соглашаться, считать наивными или экономически не обоснованными. Но то, что украинская медицина окончательно увязла в коррупционном болоте и без решительных действий центральной власти ее оттуда не вытащить – неоспоримый факт. Недопустимо, чтобы государственный врач, словно заурядный жулик, залезал пациенту в карман. Чтобы дорогостоящее медицинское оборудование, купленное за бюджетные средства, приносило узкой врачебной прослойке невиданные барыши. Чтобы в районных поликлиниках у нас клянчили деньги «на ремонт помещения».

Если уж на то пошло, то какой-нибудь частнопрактикующий стоматолог намного порядочнее своих государственных коллег. Хотя бы потому что берет с нас деньги открыто и не ворует пломбировочный материал. Между прочим, частная медицина на данный момент – единственный островок в системе украинского здравоохранения, свободный от коррупции. Но островок этот пока слишком мал, чтобы стать опорой для миллионов украинцев, нуждающихся в качественном медицинском обслуживании.

Іван Овенз